 |
Мама и Лера шьют платья к закладке. Дедушка приедет на закладку из Карлсбада. Дай бог, чтобы в день закладки была хорошая погода. На закладке будет государь и обе государыни...
Многие дети выражают или по крайней мере изображают протест, а мне было хоть бы что. Я философствовал с ползунков. Из принципа настраивал себя против жизни...
>ужасов чуть ли не полстолетия не как русская, а как весьма приверженная своему очагу цивилизованная немецкая дама, чей домашний уклад отнюдь не так сильно отличался от домаш..
Фирма Студия М-3000 предлагает кухню Провенца
Смотрите также:
Г. В. Стадников. «Биография писателя»
Аркадий Полонский. Генрих Гейне в Мюнхене
Н.А. Жирмунская. Поэма Генриха Гейне Атта Троль
Генрих Гейне - современник двух эпох
Вы читаете «Стихи (пер. Маршак и А. Толстой)», страница 1 (прочитано 0%)
Генрих Гейне. Стихи
(пер.Маршак и А.Толстой)
(1797-1856)
* ПЕРЕВОД С. Маршака *
Файл с книжной полки Несененко Алексея
http://www.geocities.com/SoHo/Exhibit/4256/
"Когда выхожу я утром..."
"Над пеною моря, раздумьем объят..."
"В почтовом возке мы катили..."
"Когда тебя женщина бросит, - забудь..."
"Как из пены вод рожденная..."
"Чтобы спящих не встревожить..."
Лорелей
"Рокочут трубы оркестра..."
Гонец
"Двое перед разлукой..."
"Они мои дни омрачали... "
"Кто влюбился без надежды..."
"Как ты поступила со мною..."
"Весь отражен простором..."
"Не подтрунивай над чортом..."
"Какая дурная погода!"
"За столиком чайным в гостиной..."
"С надлежащим уважением..."
"Твои глаза - сапфира два..."
"Прекрасный старинный замок..."
"Материю песни, ее вещество..."
Большие обещания
Погодите!
x x x
Когда выхожу я утром
И вижу твой тихий дом,
Я радуюсь, милая крошка,
Приметив тебя за окном.
Читаю в глазах черно-карих
И в легком движении век:
- Ах, кто ты и что тебе надо,
Чужой и больной человек?
- Дитя, я поэт немецкий,
Известный в немецкой стране.
Назвав наших лучших поэтов,
Нельзя не сказать обо мне.
И той же болезнью я болен,
Что многие в нашем краю.
Припомнив тягчайшие муки,
Нельзя не назвать и мою.
x x x
Над пеною моря, раздумьем объят,
Сижу на утесе скалистом.
Сшибаются волны, и чайки кричат,
И ветер несется со свистом.
Любил я немало друзей и подруг.
Но где они? Кто их отыщет?
Взбегают и пенятся волны вокруг,
И ветер протяжно свищет.
x x x
В почтовом возке мы катили,
Касаясь друг друга плечом.
Всю ночь в темноте мы шутили,
Болтали - не помню, о чем.
Когда же за стеклами в раме
Открылся нам утренний мир,
Амур оказался меж нами,
Бесплатный слепой пассажир.
x x x
Когда тебя женщина бросит, - забудь,
Что верил ее постоянству.
В другую влюбись или трогайся в путь.
Котомку на плечи - и странствуй.
Увидишь ты озеро в мирной тени
Плакучей ивовой рощи.
Над маленьким горем немного всплакни,
И дело покажется проще.
Вздыхая, дойдешь до синеющих гор.
Когда же достигнешь вершины,
Ты вздрогнешь, окинув глазами простор
И клекот услышав орлиный.
Ты станешь свободен, как эти орлы.
И, жить начиная сначала,
Увидишь с крутой и высокой скалы,
Что в прошлом потеряно мало!
* * *
Как из пены вод рожденная,
Ты сияешь - потому,
Что невестой нареченною
Стала ты бог весть кому.
Пусть же сердце терпеливое
Позабудет и простит
Все, что дурочка красивая,
Не задумавшись, творит!
x x x
Чтобы спящих не встревожить,
Не вспугнуть примолкших гнезд,
Тихо по небу ступают
Золотые ножки звезд.
Каждый лист насторожился,
Как зеленое ушко.
Тем временем:
... Он стал хозяином
скалы и деревьев. У него появилась еще одна рука, да что я говорю... сотня
рук! Где вы нашли Его.
Ка самодовольно усмехнулся:
- Я не нашел Его. Я Его сделал.
- Сделали? Что вы хотите этим сказать?
- Это значит, что раньше Его не существовало.
- Вы сошли с ума, Ка, - генерал задрожал. - Должно быть, Оно упало с
неба; наверное, Его принес гонец Солнца, один из духов воздуха... Как
можно сделать то, чего раньше не существовало?!
- Можно! - твердо сказал Ка. - Можно взять камень и бить по нему
другим камнем, пока не придашь нужную форму, такую, чтобы рука могла
обхватить его. И тогда с помощью этого камня рука сможет сделать множество
других камней, больших по размеру и еще более острых. И это сделал я,
Генерал.
Крупные капли пота выступили на лбу Генерала.
- Надо показать Его всем, Ка, всей Орде, наши мужчины станут
неуязвимыми. Понимаете? Теперь мы можем выйти на медведя: у него когти, а
у нас Оно, мы сумеем растерзать зверя раньше, чем он нас, мы сможем
оглушить его, убить. Убить змею, расколоть панцирь черепахи, можем
убить... Великое Солнце!.. убить... человека!.. - Генерал остановился,
пораженный новой мыслью, потом продолжал, и взгляд его стал жестким:
- Теперь, Ка, мы сможем напасть на Орду Коамма, они выше и сильнее
нас, но теперь окажутся в нашей власти, и мы уничтожим их всех до единого.
Ка! Ка! - он схватил Профессора за плечо и потряс. - Это победа!
Ка смотрел настороженно, он колебался:
- Именно поэтому я не хотел показывать вам мое изобретение. Я
понимаю, что сделал ужасное открытие, которое изменит мир. Я осознаю свою
ответственность: я открыл источник страшной разрушительной силы. Ничего
подобного на Земле еще не знали, поэтому я и не хочу, чтобы другие
познакомились с ним. В противном случае война станет самоубийством. Ведь и
Орда Коамма тоже скоро научится делать подобные камни, тогда в следующей
войне не будет ни победителей, ни побежденных. Этот предмет был задуман
как орудие мирного труда, прогресса, но теперь я вижу, что Оно несет с
собой смерть...
